33-я подводно-поисковая экспедиция
"Неразрывная связь времён"

Экспедиции

«"Шторм на Чёрном море" — знаменитая картина Ивана Айвазовского. Глядя на море, изображённое великим маринистом в 1893 г., ощущаешь всю его мощь и красоту. Проникаешься величием и необузданностью стихии. Картина полна драматизма и тревоги за жизнь людей, оказавшихся наедине со стихией. Сгущающиеся тучи закрывают светлый горизонт. Высокие волны пронизаны лучами солнца и  подбрасывают лодку, как пёрышко. В лодке люди. Спасутся ли они? Дойдут ли до корабля или их разобьёт о прибрежные скалы? Шторм на море всегда застает врасплох — море изменчиво и противоречиво. Судьба людей во власти неистовой стихии, поражающей своей мощью и неукротимостью».

 

Я наверное, так бы и написал в сочинении, в школьные годы, на задание описать, о чём мог думать художник, взяв в руки кисть и краски. Сегодня же, увидев настоящий шторм на море, начинаешь осознавать, как мало в нём романтики и красоты, изображённой художником. Понимаешь, что оказавшись во власти шторма, шансов на выживание практически нет. Что если ты в лодке, да ещё вёсельной, выгрести против течения и ветра невозможно. Что при ураганном ветре близость к берегу это верная гибель. Никакой якорь и якорный канат, не удержат кораблик на месте. Его неминуемо сорвёт и выбросит на камни. Потому подводные поисковики находят так много якорей и свидетельств кораблекрушений вдоль скалистых берегов и рифов. Берег для моряка и друг и враг одновременно. В ясную, спокойную погоду берег это отдых после долгих странствий в открытом море. Но во время бури нужно держаться от него подальше.

Так получилось, что из запланированных десяти дней работы в море, нам удалось выходить на поиск и обследование объектов всего четыре дня. Поначалу погода радовала. Море было спокойно и ласково. За пару дней смогли забуить найденные ранее объекты. Но на третий день ветер усилился до 12 метров в секунду, что по шкале Бофорта определяется как сильный ветер в шесть баллов. Он обеспечил нам "законный выходной". Как и бывает в этих краях, штормило три дня, но уже на второй мы продолжили наши выходы в море. Обследовали теплоход "Рот Фронт" и шнелльбот "S-102", природный риф "Турецкая стенка". Поисковики-разведчики работали "по площадям" — сканировали акваторию траверза м. Железный рог. По итогам разведки была обнаружена пара перспективных объектов, напоминающих очертаниями самолёт. Было запланировано их детальное изучение, но...

Ох уж это "НО"!

Прогноз на следующий день был неутешительным. Если предыдущий шторм был с ветром 12м/с и дул вдоль расположения лагеря, то предстоящий грозил порывами до 27 метров в секунду и был южным, а это значит, что ударит прямёхонько в южный берег Таманского полуострова. В наш берег. Бофорт определил его, как "Сильный шторм" в 10 баллов! При таком ветре и волна разгоняется и может выйти на берег на несколько десятков метров. Наш же лагерь стоял на узкой полоске шириной в пару десятков метров, в самом широком его месте.

С вечера привели лагерь в повышенную готовность к шторму. Всё, что могло сорвать ветром и унести крепилось по-штормовому. Всё, что можно вынести — выносилось на склон повыше или пряталось в машинах. Дежурные всю ночь следили за погодой и были готовы поднять лагерь по тревоге. Но ничего серьёзного ночь не принесла. Правда под утро не было привычного утреннего штиля, но волна была невысокая, и создавалось ощущение, что всё ещё обойдётся.

Ветер, как и погода в этих краях переменчив — запросто мог поменять направление и позволить нам завершить начатое. Завтрак прошёл в штатном режиме, если не считать того, что волна уже подступала к штабному шатру. Находились энтузиасты, которые пытались рыть канавки вдоль берега, но если раньше это помогало, то в этот раз волны рушили эти "эскарпы", как карточные домики. Ветер постоянно усиливался, и было принято решение снимать лагерь. Личные вещи и палатки были подготовлены к эвакуации ещё вечером. Люди проинструктированы.  Действовали слаженно. Снялись быстро. Сложней было с экспедиционными шатрами, лодками, оборудованием. Его уже снимали передвигаясь по колено в накатных волнах. Как и ожидалось они доставали до самого берегового склона.

Глядя на картину Айвазовского и сравнивая её с тем, с чем столкнулись мы, можно заметить разницу. Никаких лазурных волн и белых пенных брызг. Песок и глина, поднятые с прибрежных глубин, окрашивали волны в грязно-коричневый цвет. Пена, которая венчала гребни волн, при накате на берег становилась жёлто-коричневой, грязной и не опадающей даже при откате волны. По всему пляжу, теперь уже бывшему пляжу, носило мусор, щепки, всё то, что волны вначале смыли в море со всего побережья, а затем с яростью швыряли на берег. Ветер достигал обещанных порывов в почти тридцать метров. Чайки парили в небе, оставаясь на одном месте. На десятки метров над морем (и землёй) стояла водяная, солёная "пыль". Все вещи, которые успели сложить на склоне и готовили к погрузке, были перепачканы в песке и глине. В довершение к начатому погода выдала нам получасовой ливень. Кто мог, прятался у рыбаков, кто в кузове нашего транспортного "Фиата", остальные, уже итак мокрые от шторма, продолжали разборку лагеря и погрузку снаряжения. После четырёх часов борьбы за живучесть всё было закончено. Потерь среди личного состава и снаряжения не отмечено, если не считать его состояния — грязь потом долго отмывали дома.

 

Поднявшись на склон берега, сделал панораму. Ветер к тому времени уже стих и сменил направление. Шторм бил теперь в северный берег Таманского полуострова. Солнышко пробивало себе дорогу в разбегающихся облаках. От поднятого волнами песка, море было коричневым на несколько сотен метров от берега. Вернуться на покинутое место было уже невозможно. Берег был размыт и затоплен. Высох бы он на солнце не раньше, чем за неделю. Было принято решение навестить наших коллег из "Центра подводных исследований Республики Крым" в Феодосии, посетить музеи и отдохнуть от пережитого.

Благодаря Крымскому мосту дорога заняла считанные часы.

Как находясь в Феодосии не побывать в галерее великого художника Айвазовского? Последний раз я был там пятнадцатилетним мальчишкой в 1980-м году. Тогда красота штормов, изображённых маринистом, воспринималось совершенно иначе, чем тот шторм, который мы пережили накануне. Взирали на него хоть и с берега, и в относительной безопасности, но он показал нам, каким беззащитным становится человек перед лицом стихии.  Как поведали местные рыбаки, такого шторма они не припомнят в тех краях последние полтора десятка лет.

За короткий промежуток времени нам удалось полноценно отдохнуть, провести традиционный День Нептуна, проехаться по Крымскому мосту, посмотреть на крымские и таманские достопримечательности, посетить археологические раскопки. Принимавшие участие в экспедиции кадеты-поисковики 39-й Гимназии (г. Тольятти) смогли сходить в море на поиск, погрузиться с аквалангами и стать полноправными участниками экспедиции.

Всем удалось сохранить бодрость духа и в запланированный срок вернуться к берегам своего моря —  Жигулёвского. Моря не менее красивого и коварного чем Чёрное. Моря в котором нас ждали свои находки и открытия, но об этом уже в других повествованиях.

 

Анатолич©

НП ВПК ЭПРОН © 2015