"ОТКРЫТОЕ МОРЕ"

34-я подводно-поисковая экспедиция ЭПРОН

Двадцатый год

Наверняка читая эти строки через много лет, у большинства возникнут такие ассоциации с этим високосным годом: ковид, карантин, ограничения, запреты… В начале весны, когда начинается планирование экспедиций, ограничения коснулись и нас. Клуб простаивал. Вопросов было больше чем ответов. Виртуальное общение не заменяло реальное. И лишь только к концу июня были даны послабления в передвижении по стране. У нас появилась надежда на претворение в жизнь планов на работу в море. Море открыли. Фраза «открытое море», кроме своего прямого смысла обрело ещё один – море, которое нам открыли для наших изысканий. Так мы и назвали свою 34-ю экспедицию. Кроме того появилась надежда, что в названии раскроется и третий смысл: «открытое море» - это море открытий, которые нас ждут. Но всё по порядку.

 

Подготовка.

Как правило, в экспедиции ездит уже сложившаяся команда. Не все постоянно, но группа в 30 - 40 человек (включая треть новичков), набирается стабильно. В этом же году было решено не объявлять об экспедиции и не набирать новых участников. Но что-то пошло «не так». Люди звонили, спрашивали, просили записать их. Причём не по причине перекрытия границ. Нет. Скорей потому, что за время ограничений стала понятна та грань между самозаточением и свободой. Как итог, за месяц до старта, список составлял более шестидесяти человек! Было от чего напрячься организаторам. Если по лодкам вопрос решался сам собой, и их было в достатке, то с организацией быта и питания вопросы росли с каждым днём. Сварить в одном казане, на открытом воздухе, 60 порций нереально, даже в новом, на 40 литров. Закупались горелки, кейсы, посуда…

Организация поиска и погружений тоже ставила новые вводные и задачи. Так, постоянная проблема с заправкой баллонов воздухом уже несколько лет нависала дамокловым мечом. Но, больше людей не только больше проблем, но и больше возможностей их решений. Не стану говорить о тех, кто не верил в положительное решение проблем и отказался от участия, но это только пошло на пользу всем. Количество людей пришло в норму. Вопрос с воздухом решил наш давний друг и партнёр, директор магазина «Подводник» Руслан Гонтарь. Он просто сказал: «воздух будет». Лишь перед самой отправкой мы узнали, какой ценой. Он снял свой стационарный компрессор на два поста из магазина, демонтировал электропривод, купил бензиновый, отладил, настроил. И да – воздух был!

Про лодки я уже упоминал, от одной даже пришлось отказаться. Четырёх лодок, с ГБО на каждой, вполне достаточно на 12 ныряльщиков. Московско-тамбовская команда во главе с Владом Савельевым решала свои проблемы до последней минуты и таки вырвалась из плена мирских дел. Тульские ребята с Денисом Макаровым не отставали. Мини экспедиция прибыла к месту базирования заблаговременно и даже начала погружения в прибрежной зоне до приезда всей команды. Ну а в самом клубе подготовка шла ускоренными темпами и в авральном режиме. Наш главный снабженец Михалыч (Лашин), готовил машину для транспортировки снаряжения экспедиции, закупал оборудование, подвозил доски для технических нужд. Кадеты помогали с оборудованием шатра и кухни. Наша «кормилица» Светлана, закупала часть продуктов, сортировала посуду, составляла походное меню и раскладку. Ведь не каждое блюдо можно приготовить в походных условиях в одном казане и сразу на 50 человек. В общем, подготовка шла в ускоренном, но плановом режиме.

 

Дорога

Стартовали ранним утром 25 июля. Кто-то шёл в одиночку, другие разбивались на пары, но все, в процессе движения, знали своё место в условной колонне. Связь между экипажами давала возможность узнавать, кто и на каком участке маршрута находится. Делились фото, дорожной обстановкой и настроением. Ночевали в Морозовске (большинство). И на второй день, 26 июля, прибыли на место, к морю.

 

Море

Опыт прошлого года говорил, что узкая полоска береговой полосы – условно называемая пляжем, не совсем пригодна для установки лагеря. Слой песка слишком тонок и при сильном волнении и прибое, уровень воды поднимался и песок под ногами (и под палатками) становился сырым.

Выбрали более-менее сухое и возвышенное место под лагерь и в понедельник 27 июля, с раннего утра, установили шатёр, кухню и причал в нескольких метрах от уреза воды. Весь день облагораживали лагерь, разбирали снаряжение, накачивали лодки. Готовились к выходу на объекты. Руководство экспедиции согласовало проведение экспедиции с Главой поселения, с пограничниками, с представителями МВД и ФСБ. Погранзона – территория повышенного внимания к вновь прибывающим и все документы и согласования должны быть в полном порядке.

Был готов обед и жизнь лагеря вошла в своё привычное русло, но…

То самое НО! Юго-западный ветер усиливался, нагонная волна уже подходила к штабному шатру. Все с тревогой смотрели на развевающийся флаг и ждали смены направления ветра или его ослабления. Но ветер дул и не думал менять своих планов. Кто-то подумывал перемещаться повыше, другие поехали искать сухое место по побережью, но основной состав терпеливо ждал. В таком режиме прошёл и ужин. Наступила ночь.

В 3 часа утра дежурные подняли меня со словами: «Нас топит. Принимай решение». Первым делом направил фонарик на флаг. Он – зараза, упорно не хотел менять направление и развевался, не желая поникнуть хоть на пару градусов. Да. Топило. Волны, переливаясь через зону шатра, образовывали поток, который, как река протекал перед палатками. Кухня стояла на «острове». Вокруг неё плавали пустые канистры из-под воды. Бочка – «холодильник», вкопанная в песок, всплыла и тоже плавала неподалёку. К 4 утра народ уже весь поднялся и окапывал свои палатки – строил песчаные «заборы» вдоль «реки».

К восходу ветер стал понемногу стихать, потоки воды всё ещё окружали нас со всех сторон. Но мы выстояли! Духом не пал никто. Более того, наш задорный комендант и душа компании – Александр Лубенец организовал музыкальное сопровождение и подтанцовку. Ребята пели песни под гитару. Народ шутил и балагурил, и всё это в пять часов утра! Море «увидело» на берегу настоящую команду и отступило. Конечно, последствия затопления ещё много дней окружали нас, но такого шторма уже не было. Были другие, но нас они уже не пугали, как не испугал и ливень с градом и ураганным ветром. Как мы шутили: в этой экспедиции под воду погрузились даже те, кто не собирался нырять.

 

В поиске

Второй день экспедиции начался с потопа и шторма, и ни о каком выходе в море речи не шло. Спустить лодки на воду было нереально. «Зализывали раны», обустраивали быт. К вечеру к нам приехали гости. Начальник погранзаставы (имя по понятным причинам писать не могу) и  Алексей Мигалин – президент общественной организации «Военно-Техническое Общество» с командой. Суть визита – нужна помощь в подводном поиске. Как оказалось команда «ВТО» вот уже который год совершает форсирование Керченского пролива на БРДМ-2. Это такие боевые бронированные машины, которые обладают запасом плавучести. Но как оказалось одна из машин, по вполне бытовым причинам, затонула три дня назад в пяти километрах от Таманского полуострова. Практически в середине Керченского пролива, в паре километров от Крымского моста. Нужно помочь? Поможем. Сформировали штаб по поиску, команду на двух катерах. Капитаны Савельев Влад и Гонтарь Руслан. Оба катера оснащены ГБО (гидролокаторами бокового обзора). Дежурные водолазы Денис Макаров, Саша Иванченко, Ринат Хисамутдинов и Андрей Малько. Я выполнял скромную роль координатора и руководителя поиска. К утру следующего дня колонна из поисковиков и группы поддержки, посуху отправилась к месту спуска на воду – к мысу Тузла.

Как оказалось на акватории уже работало гидрографическое судно "В. ЗАРУДНЫЙ", которое пришло из Керчи и сканировало дно в предполагаемом районе затопления БРДМа. Поделив акваторию на два квадрата – приступили к работе. Немного мешало волнение на море, и очень мешала «видимость» на дне. Меньше метра! Пальцев рук на вытянутой руке видно не было. Тем не менее, на каждый всплеск эхолота погружались дежурные водолазы, отмечали отсутствие объекта и поиск продолжался. К концу смены нас попросили подойти к гидрографу. Оказывается он оборвал датчик гидролокатора, который зацепился за какое-то затонувшее судно (первое открытие в нашей экспедиции) и продолжать поиск не мог. Нам дали несколько точек, которые они успели отснять и попросили их проверить. Одна из них (мы присвоили ей номер 053) слабо походила на броневик, но всё же ребята погрузились на неё. Как оказалось длинная тень, которую показывал эхолот это длинное скопление водорослей тянущихся по дну. Обныряли и остальные. Результат нулевой.

На следующий день к нам присоединился ещё один катер из Керчи. Кто бы мог подумать, что руководил поиском на нём «отец-основатель» нашего клуба, а теперь руководитель общественной организации «Батарея 29-бис» Саша Ёлкин! Кто бы мне сказал, что мы встретимся не у себя дома, в Тольятти, и не у него на батарее в Крыму, а здесь, посреди Керченского пролива – не поверил бы! Но пути поисковиков неисповедимы. Работали часа четыре и решили подойти к Ёлкину, который почему-то стоял с нашим вторым катером на одном месте. Причём стояли они на нашей вчерашней точке номер 53. Мы же там ныряли! Но! Именно эта точка заставила старого исследователя ещё раз обратить на себя внимание. И вот уже под воду пошёл наш Денис Макаров. Ведя планомерный поиск по кругу от выставленного буя, в десяти метрах от него, наткнулся на затонувший броневик! Поднявшись на поверхность он держал в руке флаг ВТО с того самого БРДМ-2 №225! После рассказа Дениса сало понятно, почему эхолоты не давали чёткого рисунка машины – она стояла… на корме! Торчком! При длине 5,7 метра, на глубине 8,2 метров БРДМ был виден с поверхности!!! Так совпало, что день обнаружения машины выпал на наш День Нептуна и видимо он позволил совершить очередное открытие.

Привожу серию ссылок на видеохронику, снятую ребятами из «Военно-Технического общества»:

В подъёме мы уже не участвовали. Море в месте нашего базирования успокоилось, и мы приступили к плановой работе. Все были довольны началом экспедиции. Встретили старых друзей, обрели новых, нашли искомый объект (и параллельно несколько новых).

 

Старый «незнакомый»

Дни работы в море шли за днями. Иногда штормило, и поиск в открытом море смещался на ближние к берегу объекты. Работали на банках и на природных рифах – «Турецкой стенке». О ней я писал много раз в предыдущих отчётах, но в этот раз мы стояли лагерем внутри неё, и выйти на риф было делом пяти минут. Обследование носило характер свободного поиска. Ходить с прибором над ним дело малоперспективное – среди камней и водорослей разглядеть на приборе что-нибудь интересное не представлялось возможным. Каждое погружение приносило информацию о находках явно не природного происхождения. Трубы, цепи, фрагменты дерева, находили поисковики в разных местах, но в один из дней на поверхность был поднят фрагмент непонятной конструкции. Искорёженная полоса из белого металла с уголками по краям и с приклёпанной под углом ещё одной полосой из того же металла. Похожий на дюраль фрагмент от самолёта, так подумали мы вначале, но более массивный и менее поддавшийся коррозии. Вспомнились наши прошлые экспедиции и обследование немецкого торпедного катера S-102. Тогда мы нашли его корму, фрагменты центральной части корпуса и механизмов машинного отделения. Из немецких отчётов узнали, что нос ещё оставался на плаву и его тащили к берегу. Мы тогда не знали к какому, и думали что в базу в Феодосии, или в Керчь. Но, как оказалось, берег был ближайший к катеру – мыс Железный рог. Сверившись с информацией из книги Мирослава Морозова «Атакуют Шнелльботы», нашли данные о том, что:

«После того, как в сентябре 1939г. Катер S-17 получил тяжёлые штормовые повреждения, приведшие к его списанию, в конструкцию «шнелльботов» были введены продольные диагональные связи из лёгкого  сплава (Al-Cu-Mg), крепившиеся к шпангоутам заклёпками».

 Не поленились и сходили на корму катера. Всё с точностью указывало на то, что найденный фрагмент – это часть носового набора катера! Десять лет поиска принесли свои плоды! Место нахождения носа «сто второго» найдено! В последующие дни были обнаружены ещё части катера, разрушенные штормами и взрывом. Сам нос вряд ли сохранился в первозданном виде. Ведь его затопили у скал и на небольшой глубине, на расстоянии пяти километров от места подрыва на мине. За почти восемь десятков лет его уничтожили шторма и камни. Все содержимое носовых отсеков и рубки ушло в песок или разбросано на многие метры по поверхности дна. Более детальное обследование находки будет продолжено в следующем году. Уже сегодня ведётся набор команды и подготовка оборудования.

Вот так, казалось бы, уже давно обследованный объект, открывает себя с новых сторон.

 

Продолжение

Конечно, продолжение следует. Так было и будет всегда. Каждая экспедиция открывает что-то новое. Новые объекты, новые находки и новых людей. В этом году было много молодёжи. Команда Димы Долгова развлекала всех латиноамериканской зумбой и великолепной постановкой на День Нептуна. Команда Михалыча согревала теплым приёмом и жаром походной бани. Команда Дениса Макарова ходила в море, обучалась азам дайвинга, занималась береговым поиском. Новый член нашей команды и клуба Пётр Тушов впервые вышел на открытый морской простор и покорил свои глубины, поучаствовав в экспедиционных открытиях. Кадеты исследовали выброшенное на берег судно SUROV, а семья Александра Хальзова не только влилась в экспедиционное братство, но и продолжила активную работу в клубе. Бывалые делились опытом и воодушевляли новичков. К сожалению невозможно перечислить и отметить всех в одном рассказе. Все показали себя сплочённой и дружной командой, с которой можно покорять моря и их глубины. Экспедиция продолжается.

Море – открытое море – всегда открыто для нас!

Станислав Долгов

Экспедиции

НП ВПК ЭПРОН © 2015