БКА-73 (бронекатер пр. 1124)

ГлавнаяОбъектыБКА-73 (бронекатер пр. 1124)

Бронекатер найден, обследован и идентифицирован клубом «Нептун-про» (ЭПРОН) в 2006 году.

Зарисовка С. Долгова. БКА-73 на дне

Объект разрушен в центральной части и состоит из двух фрагментов. Основная часть корма и в стороне от неё нос катера с якорем в клюзе.

Корма хорошо сохранилась, крышки люков сорваны со своих мест, леерного ограждения нет. В районе кормового орудия разлом. Барбет с орудием «Лендера» «выворочен» со своего места и завален не правую сторону. Ствол «смотрит» прямо по ходу корабля. Второе находится на удалении 20 метров от кормы в сторону носового фрагмента.

img 5293
ППШ
sp a1696
нос катера

В корме найдены два автомата ППШ — один с барабанным, другой с рожковым магазином. Рубка разрушена и лежит по левой стороне борта. Пулемёт «Кольт» в рубочной башне не найден. В районе машинного отделения виден двигатель.

Далее, по ходу в направлении носа корабля, большие разрушения. В 10-ти метрах спереди-слева лежит носовое орудие. Барбет так же вырван. За кормой катера колёса от артиллерийской системы, но самого ствола не видно — он замыт.


Бронекатер БКА-73

(построечный № 31, с 18.08.1942 г. №32, с 18.09.1942 г. №111, с 16.11.1942 г. №73)

Модификация катера проекта 1124, созданного в 1936 году. В ходе войны из-за дефицита штатных танковых башен на корпусах 15-ти бронекатеров установили старые зенитные пушки Лендера. Заложен в 1941 г., спущен летом 1941 г., вступил в строй в декабре 1941 г. и 7.01.1942 г. вошел в состав Волжской флотилии.

Бронекатер пр. 1124 с пушками Лендера

Участвовал в обороне Сталинграда. С 30.04 по 18.08.1942 г. входил в состав Онежского отряда кораблей. 2.10.1943 г. вошел в состав Азовской флотилии ЧФ. Погиб 2 ноября 1943 года, во время проведения Керченско-Эльтигенской десантной операции, от подрыва на немецкой минной постановке К-12.


В 2009 клуб «Нептун-про» (ЭПРОН) в лице его руководителя Станислава Долгова, выступил с инициативой перед главой администрации ст. Тамань, Майковым Геннадием Николаевичем, о подъёме одной из пушек «Лендера». С его помощью пушка была поднята и установлена на м. Тузла в качестве памятника морякам — десантникам. В настоящее время мемориал находится на въезде на Крымский мост (на Таманском полуострове), к нему оборудован удобный подъезд, парковка и лавочки «КРЫМ-МОСТ».

Пушка «Лендера» с Бронекатера БКА-73, установленная по инициативе С.А. Долгова (ЭПРОН) на м. Тузла

ТТД бронекатера проекта 1124:
bk1124
Проекции бронекатера пр. 1124
  • Водоизмещение: стандартное — 44 т, полное — 52,2 т
  • Длина: 25,3 м;
  • Ширина: 4,06 м;
  • Осадка: 0,76 — 0,9 м
  • Экипаж: 17 чел.
  • Мощность ДВС: 1700 л.с.
  • Скорость: максимальная — 19,4 узла,экономичная — 11,1 узла
  • Вооружение: 76-мм орудие в башне танка Т-34, 2 12,7-мм пулемета Кольт или ДШК, 2 7,62-мм пулемета (в нашем случае модификация катера с 2 х 76.2 мм пушками Лендера, 1 х 12.7 мм пулеметом «Кольт»)
  • Бронирование цитадели и рубки: 5-8 мм

Спроектирован в 1934 г. под руководством Ю.Ю.Бенуа. В 1936 г. головной катер прошел испытания и принят к серийному производству. Всего катеров этого проекта выпущено 97 единиц.


Русское ноу-хау речные танки

   На рассвете 25 июня бронекатера №№ 725, 461 и 462, ведя интенсивный огонь из пушек и пулеметов, подошли вплотную к румынскому берегу в районе Сату-Ноу, где высадили роту десантников. После короткого боя солдаты противника бежали и укрылись в плавнях. Захвачены семь пленных, два полевых орудия и 10 пулеметов. В 6 часов утра 26 июня 4-й отряд бронекатеров Дунайской флотилии перебросил на румынскую территорию 23-й стрелковый полк. Через 2,5 часа он овладел городом Старая Килия. Убиты до 200 вражеских солдат и офицеров, а 720 взяты в плен. Трофеями советских воинов стали 8 пушек и 30 пулеметов. К исходу дня подразделения полка овладели несколькими окрестными селами.На рассвете 25 июня бронекатера №№ 725, 461 и 462, ведя интенсивный огонь из пушек и пулеметов, подошли вплотную к румынскому берегу в районе Сату-Ноу, где высадили роту десантников. После короткого боя солдаты противника бежали и укрылись в плавнях. Захвачены семь пленных, два полевых орудия и 10 пулеметов.В 6 часов утра 26 июня 4-й отряд бронекатеров Дунайской флотилии перебросил на румынскую территорию 23-й стрелковый полк. Через 2,5 часа он овладел городом Старая Килия. Убиты до 200 вражеских солдат и офицеров, а 720 взяты в плен. Трофеями советских воинов стали 8 пушек и 30 пулеметов. К исходу дня подразделения полка овладели несколькими окрестными селами.

Тут автор забыл указать год. Но убежден, большинство читателей решат: конечно же, это 1944-й. Однако на самом деле два приведенных эпизода относятся к июню 1941-го. Тогда, в самом начале Великой Отечественной десяток наших бронекатеров обеспечил захват плацдарма по фронту 76 км и в глубину до 15 км на румынском берегу Дуная.

Любопытно, что большая речная флотилия противника ни разу не попыталась вступить в бой с бронекатерами Дунайской флотилии. У румын имелось семь мощных мониторов водоизмещением 600–700 тонн, а у Дунайской флотилии – пять кораблей такого же класса водоизмещением 230–250 тонн. На румынских мониторах стояли восемь 152-мм и двадцать шесть 120-мм орудий, а на наших – два 130-мм и восемь 102-мм орудий. Однако главной ударной силой советской флотилии являлись 22 бронекатера проекта 1125. Их можно смело назвать речными танками. Это было чисто русское ноу-хау.

Предшественники

Своим рождением советские речные танки в первую очередь обязаны… бюрократизму Российской империи. Дело в том, что до 1914 года все береговые крепости России принадлежали Военному ведомству. А отношения между ним и Морским ведомством были, мягко говоря, сложными.

В такой ситуации командованию крепостей не приходилось особо рассчитывать на флот и оно завело свои флотилии.

Естественно, броненосцы и крейсеры Военному ведомству были не нужны. Зато каждая береговая крепость имела свои транспорты – вооруженные пароходы, малые и средние минные заградители и даже подводные лодки. Причем субмарины оказались на службе в армии на четверть века раньше, чем во флоте.

С началом Первой мировой войны Главное военно-инженерное управление (ГВИУ) спроектировало и построило для сухопутных войск девять речных бронекатеров или (так их именовали в ту пору) канонерок ГВИУ. Они имели нормальное водоизмещение – 21 тонну, а полное – 30 тонн, осадку 0,5–0,75 метра. Два бензиновых мотора мощностью по 80 л. с. позволяли развивать скорость 12,5 узла. Вооружение состояло из двух 76-мм горных пушек образца 1909 года на тумбовых установках со щитами и двух пулеметов «Максим» в башнях с шестимиллиметровой броней.

Повоевать с немцами канонеркам ГВИУ не довелось. Зато они нашли широкое применение в период Гражданской войны. Четыре корабля в июне-июле 1919 года успешно действовали на Ладоге, а с августа – на Онежском озере. Остальные пять канонерских лодок в июне 1918-го по железной дороге были отправлены в Нижний Новгород, вошли в состав Волжской военной флотилии и в сентябре 1918-го приняли участие в боях под Казанью.

Весной 1919 года три канонерские лодки ушли на Каму для борьбы с войсками Колчака, а две перевезли по железной дороге на Дон. В связи с наступлением Деникина эти корабли вновь перебросили на Волгу, где они нашли применение при обороне Царицына.

Когда осенью 1920 года в Средней Азии развернулись боевые действия против басмачей, две канонерки доставили на Сырдарью, а еще три – на Амударью. Они базировались в Ходженте, Керках, Келифе и Термезе.

В 20–30-х годах канонерки ГВИУ несли службу в пограничных флотилиях ОГПУ–НКВД на Ладоге, Днепре и Амуре. Три таких корабля в августе 1945-го участвовали в войне с Японией в составе 2-го отдельного дивизиона бронекатеров Зее-Бурейской бригады.

Проекты 1124 и 1125

12 ноября 1931 года командование Рабоче-крестьянского Красного флота (РККФ) утвердило техническое задание на два типа бронекатеров. Большой бронекатер для реки Амур предполагалось вооружить двумя 76-мм орудиями в башнях, а малый – одним таким же орудием. Кроме того, на катерах планировалось установить по две легкие башенки с 7,62-мм пулеметами. Осадка большого катера – не менее 70 см, а малого – 45 см. Бронекатера должны были вписываться в железнодорожные габариты СССР при транспортировке по железной дороге на открытой платформе. 22 июня 1932 года это техническое задание выдали «Ленречсудопроекту». Тогда же были выбраны типы башен, пушек (от танка Т-28) и моторов (ГАМ-34).

В октябре 1932 года «Ленречсудопроект» завершил работу. Большой бронекатер получил название «Проект 1124», а малый – «Проект 1125». Они были очень близки по конструкции.

Первые серии катеров обоих проектов оснащались двигателями ГАМ-34БП. Большой бронекатер имел два двигателя, малый – один. Максимальная мощность двигателей (800 л. с. – у ГАМ-34БП и 850 л. с. – у ГАМ-34БС) достигалась при 1850 об/мин. Именно тогда катера могли набрать самый полный ход. Причем движение на максимальной скорости соответствовало режиму, переходному от водоизмещающего плавания к глиссированию.

С 1942 года большинство бронекатеров проектов 1124 и 1125 оснащалось импортными четырехтактными двигателями «Холл-Скотт» мощностью 900 л. с. и «Паккард» мощностью 1200 л. с. Они были гораздо надежнее ГАМ-34, но требовали более высокой квалификации обслуживающего персонала и лучшего бензина (марки Б-87 и Б-100).

Первоначально бронекатера вооружались 76-мм танковыми пушками образца 1927/32 года длиной 16,5 калибра в башнях от танка Т-28. Однако в начале 1938-го выпуск этих орудий на Кировском заводе был прекращен. Но в 1937–1938 годах тот же завод серийно производил 76-мм танковые пушки Л-10 длиной 24 калибра. Они были установлены на нескольких катерах в тех же башнях.

Следует отметить, что максимальный угол возвышения упомянутых танковых пушек не превышал 250. Соответственно на него были рассчитаны и башни от Т-28. Ведь танки предназначались в основном для поражения целей огнем прямой наводкой. Речной же бронекатер имел очень малую высоту линии огня над водой, а потому при стрельбе прямой наводкой возникало очень большое непоражаемое пространство, закрытое берегом, лесом, кустарником, строениями и т. д. Вот почему в 1938–1939 годах специально для бронекатеров проектов 1124 и 1125 создали башню «МУ», допускавшую угол возвышения 700 для 76-мм пушки. (Кстати, разработкой занималась «шарага» ОТБ, находившаяся в ленинградской тюрьме «Кресты».)

В 1939 году на Кировском заводе в «МУ» установили пушку Л-10. Башня с этим орудием прошла полигонные испытания на Артиллерийском научно-исследовательском опытном полигоне (АНИОП). Результаты оказались неудовлетворительными. Тем не менее завод № 340 к концу 1939 года завершил постройку бронекатера, вооруженного Л-10. В начале 1940-го его предполагалось испытать в Севастополе.

Бронекатер с 76,2мм пушкой Лендера

На исходе 1938 года Кировский завод свернул производство пушек Л-10, зато освоил серийный выпуск 76-мм орудий Л-11. Фактически это была та же Л-10, только со стволом, удлиненным до 30 калибров, и теперь в башню «МУ» стали устанавливать Л-11. Угол возвышения (700) не изменился, но в башне пришлось сделать дополнительное подкрепление, поскольку отдача у Л-11 по сравнению с Л-10 была несколько больше. Однако пушки Л-10 и Л-11 получили лишь несколько бронекатеров.

Модернизация в ходе войны

В 1942 году бронекатера проектов 1124 и 1125 начали вооружать пушками Ф-34, находившимися в башнях от танков Т-34. Они, впрочем, обладали максимальным углом возвышения 250. Периодически возникали проекты создания башен с большими углами возвышения орудий, но все они остались на бумаге. Кстати, в мемуарной литературе порой встречаются рассказы о том, что наши бронекатера сбивали вражеские бомбардировщики огнем из 76-мм пушек. Так вот, в подобных случаях речь идет о зенитных орудиях Лендера образца 1914/15 года, которые были не в башнях, а открыто установлены на нескольких катерах.

Оснащение минным оружием бронекатеров проектов 1124 и 1125 не предусматривалось. Но уже в первые дни войны моряки Дунайской флотилии на бронекатерах проекта 1125 ухитрялись ставить минные заграждения с помощью различных подручных средств. С весны же 1942 года на кормовых палубах катеров, сдаваемых промышленностью, монтировались рельсы и обухи для крепления мин. Бронекатера проекта 1124 принимали 8 мин, а проекта 1125 – 4 мины. Опять-таки уже в период Великой Отечественной они получили новое мощное оружие – 82-мм и 132-мм реактивные снаряды.

В ходе боевых действий на замерзающих реках и озерах требовалось удлинить сроки навигации бронекатеров. Сделать это было нелегко – легкий корпус бронекатера не мог обеспечить безопасного плавания даже в битом льду. Пластины молодого льда сдирали окраску, что вызывало коррозию. Часто повреждались тонкие пластинки гребных винтов.

Командир катера Ю. Ю. Бенуа нашел оригинальный выход из положения. Бронекатер одели в деревянную «шубу». Доски толщиной 40–50 мм защищали его днище и борта (на 100–150 мм выше ватерлинии). «Шуба» почти не меняла осадку за счет плавучести дерева. Другой вопрос, что бронекатер в «шубе» имел меньшую скорость хода. В свою очередь инженер Э. Э. Паммель спроектировал гребной винт с более толстыми кромками лопастей, причем максимальная скорость катера с упроченными винтами уменьшилась всего на 0,5 узла.

Так наши бронекатера превратились в мини-ледоколы. Это было особенно важно на Ладожском и Онежском озерах, где речные танки получили возможность вести боевые действия на две-четыре недели дольше, чем корабли финских флотилий.

Из боевой хроники

В Сталинградской битве участвовали 14 бронекатеров Волжской военной флотилии (ВВФ), из которых два были проекта 1124, а остальные – однопушечные – проекта 1125. На нескольких бронекатерах имелись пусковые установки 82-мм ракет М-8, а бронекатер № 51 вооружили пусковой установкой 132-мм ракет М-13.

Мобильность, способность бронекатеров ВВФ укрываться в многочисленных протоках Волги и Ахтубы делали их малоуязвимыми для авиации и артиллерии немцев.

Вот хроника одного лишь дня обороны Сталинграда – 14 сентября 1942 года. В 10 ч. 40 мин., по сведениям разведотдела армии, немцы силой до двух полков пехоты и 60 танков наступали на завод «Баррикады». В 10 ч. 50 мин. по радио был передан приказ Северной группе кораблей – немедленно открыть огонь по району завода «Баррикады». Расход боеприпасов составил 200 снарядов и РС.

С 12 ч. 30 мин. до 12 ч. 40 мин. бронекатер № 13 вел огонь по селению Купоросное и рассеял группу пехоты противника, израсходовав 15 снарядов. Отмечено три попадания в блиндажи.

В 13 ч. 10 мин. бронекатер № 14 выпустил 18 фугасных снарядов по немецким окопам и дзотам.

В 21 ч. 35 мин. бронекатер № 41 выходил на Волгу южнее поселка Рынок и дал два залпа реактивными снарядами по скоплению немецких танков и пехоты в районе Сухой Мечетки, юго-восточнее высоты 101,3.

Зима 1942–1943 годов выдалась очень холодной, уже к 10 ноября на Волге от Ельца до Саратова начался ледостав. Поэтому еще 1 ноября нарком ВМФ Н. Г. Кузнецов отдал приказ о переводе большей части кораблей и судов Волжской флотилии в Гурьев.

Однако в районе Сталинграда остались канонерские лодки «Усыскин» и «Чапаев» и 12 бронекатеров. Они вмерзли в лед, но продолжали вести огонь по врагу. Последний залп моряки ВВФ дали 31 января 1943 года в 15 ч. 27 мин.

Активно действовали наши бронекатера и на Онежском озере. Вот один из типичных боевых эпизодов. В 7 часов утра 14 сентября 1943 года отряд в составе бронекатера № 12 и торпедных катеров № 83 и № 93 у острова Лесной обнаружил стоящий у берега финский буксирный пароход. В 7 ч. 26 мин. был обстрелян с расстояния 4400 м из реактивных установок. Снаряды легли в расположении цели. В то же время по катерам открыли огонь финские береговые батареи. Тем не менее наши моряки, перезарядив пусковые установки, в 8 ч. 08 мин. дали второй залп – уже по батареям противника. Согласно донесению командира отряда из шести стрелявших орудий пять были выведены из строя, а на пароходе возник пожар.

В июне 1944 года в связи с началом наступления советских войск на Петрозаводск командующий Карельским фронтом приказал подготовить десант и высадить его в губе Уйской в 21 км к югу от столицы Карелии. Десантникам при благоприятном развитии событий надлежало, оставив отдельные отряды (заслоны) на дороге, продвигаться к городу.

Для участия в операции были назначены 3 канонерские лодки (мобилизованные буксиры), 7 бронекатеров, 7 торпедных катеров, а также 10 малых сторожевых катеров и 3 колесных буксира.

27 июня в 19 ч. 00 мин. отряд кораблей, построившись в две кильватерные колонны, вышел из Озерного устья в Онежское озеро. В 16 ч. 00 мин. 28 июня десантников высадили прямо в Петрозаводском порту. Финны бежали, запалив город во многих местах. Части Красной армии вошли в столицу Карелии только поздно вечером.

Невиданный в истории ратный подвиг совершили моряки Дунайской военной флотилии (ДВФ). В 1941 году они ушли с Дуная и в конце 1942-го оказались в Туапсе и Поти. Но в 1944-м вернулись обратно и с боями прошли через четыре столицы – Белград, Будапешт, Братиславу и Вену.

В походе вверх по Дунаю в 1944 году в состав ДВФ вошли пять трофейных румынских мониторов и наш монитор «Железняков». Однако поначалу командование флотилии берегло их, считая слишком ценными кораблями, и главной ударной силой ДВФ являлись бронекатера.

Кстати, очень жаль, что нельзя процитировать без купюр, как наши катерники поминали западных союзников СССР. Англичане и американцы принялись ставить магнитные и акустические мины на Дунае не в 1941-м или хотя бы в 1943-м, а в конце 1944-го – начале 1945 года и именно в тех районах, куда направлялись бронекатера Дунайской флотилии.

В ходе Белградской операции частям Красной армии не удалось захватить правый берег Дуная от Сотина до Батина. На этом 115-километровом береговом участке немцы создали мощную линию обороны и заминировали реку. Таким образом возможность прорыва кораблей ДВФ вверх по течению полностью исключалась.

Однако наши моряки нашли выход. Для прорыва бронекатеров к плацдарму Апатин они решили использовать старые каналы короля Петра I и короля Александра I, обходившие злополучный германский плацдарм Сотин – Батин.

Канал короля Петра I длиной 123 км соединяет Дунай с рекой Тисса. Глубина канала – около 2 метров. Он имел в ту пору семь шлюзов длиной 56 и шириной 4,8 метра.

Канал короля Александра I пролег между городами Нови-Сад и Самбо (Сомбор). Его протяженность – 69 км, а средняя глубина – 2 метра. В нем насчитывалось четыре шлюза длиной 42,6 и шириной 9,3 метра. В канале были затоплены десятки судов, обломки мостов, понтонные мосты наших войск и т. д.

Участник перехода А. Я. Пышкин вспоминал: «Плавание по узкому искусственному каналу было для бронекатеров делом новым, непривычным… Во многих местах катера приходилось продвигать силами личного состава на концах, футштоках и опорных крюках. Проход под разрушенными мостами был наиболее опасен – обломками железобетона, фермами закрывался и без того мелкий фарватер канала…

Встречавшиеся в каналах затопленные суда силами экипажей разворачивались и отталкивались ближе к берегу, чтобы освободить проход. Проход бронекатеров по каналам продолжался в темное и светлое время суток. Не отдыхая ни одного часа, личный состав стремился пройти обходным путем к намеченному сроку. Особенно трудно было мотористам, работавшим в одну смену, так как все остальные были заняты на расчистке фарватера. Бессменно стояли вахту рулевые».

Прошли! Вышли в тыл врагу и вперед – вверх по Дунаю! Остановились бронекатера лишь в районе австрийского города Линца…

…Операционная зона Краснознаменной Амурской флотилии охватывала реки: Амур – от истока (село Покровка) до села Ново-Троицкое (в низовьях), 2712 км; Уссури – от Лесозаводска до устья, 480 км; Сунгач – от истока до устья, 250 км и озеро Ханко; Шилка – от Сретенска до Покровки, 400 км; Зея – от Суражевки до Благовещенска, 190 км; Бурея – от Малиновки до устья, 77 км. Общая протяженность операционной зоны флотилии равнялась 4119 км.

К началу боевых действий с Японией в строю флотилии находились пять мониторов типа «Ленин» и один монитор «Активный»; канонерские лодки специальной постройки «Монгол», «Пролетарий» и «Красная Звезда»; 8 канонерских лодок, переделанных из мобилизованных речных пароходов; 52 бронекатера; 12 тральщиков, 36 катеров-тральщиков.

Бронекатера Амурской флотилии атаковали японцев на фронте 4000 км, от района Сретенска до озера Ханко. Подробное повествование об этом не уместится и в самый толстый том. Расскажу только о рейде на Харбин.

В 20 часов 18 августа командующий Амурской флотилией приказал отряду из восьми бронекатеров идти на столицу Маньчжурии. Выход был назначен на 3 часа ночи 19 августа.

На Харбинский рейд отряд прибыл в 8 часов утра 20 августа. Сопротивления противник не оказал, катера пришвартовались к пристани недалеко от здания штаба японской Сунгарийской флотилии. Через некоторое время десантники привели на борт катера БК-13 командующего японской флотилией. Это был пожилой китаец в звании генерал-лейтенанта…

…Автору неизвестны факты, свидетельствующие о том, что военные корреспонденты «с «лейкой» и блокнотом, а то и с пулеметом первыми врывались в города». А вот наши бронекатера действительно ворвались первыми в десяток столиц. И это подтверждается многочисленными документами из отечественных архивов.

Александр Широкорад


Предыдущая статья
Следующая статья

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.

Станислав Долгов
Станислав Долговhttp://epron-pro.ru/
Директор клуба и руководитель экспедиций НП ВПК "ЭПРОН". Руководитель Самарского рег.отделения "Конфедерации подводной деятельности России". "Общественный инструктор подводного спорта" ФПС, Wreck Diver SSI Куратор Кадетского курса "Гимназии №39"

Популярные статьи